Заточенный голубь

Чудеса, которые творили святые разных традиций, часто подвергаются сомнению теми, кто сам не был их свидетелем, но иногда история сохраняет нам дополнительные подтверждения того, что чудеса эти произошли на самом деле.

Недалеко от индийского города Танджора находится гробница знаменитого суфия, мусульманского святого Нагора Андавана. До сих пор сотни паломников приходят к этой гробнице, моля об исцелении и очищении от грехов. При жизни Андаван был строг и часто прогонял от себя людей, приходивших к нему за дешевым избавлением от проблем, но после смерти он принимает всех, кто с повинной головой приходит поклониться его гробнице. Огромный храм на месте усыпальницы святого построил Раджа Танджора, индус, и он же отдал в распоряжение храма большие угодья, на доходы от которых содержится этот храм. Согласно его завещанию, зерно, выросшее на этих землях, должно скармливаться голубям. И до сих пор гигантские стаи этих птиц чувствуют себя в храме полноправными хозяевами. С этим связана любопытная история. Легче всего отмахнуться от нее как от очередной небылицы, но огромные стаи голубей каждый день прилетают к усыпальнице Андавана и клюют завещанное им зерно.

Раджа, довольно молодой еще мужчина, умирал. Заплаканные родственники собрались вокруг него, ожидая неминуемой смерти государя. Жена, мать, дети – все они провели у его постели не одну бессонную ночь, но все их старания были напрасны – монарх слабел с каждым днем, глаза его уже подернулись смертной поволокой и даже самым близким родственникам стало ясно, что раджа умирает. Болезнь настигла его внезапно, без всякой видимой причины, и буквально за несколько дней источила его изнутри.

«Проваливай отсюда подобру-поздорову, попрошайка! Только тебя тут не хватало! Лучшие врачи отказались от нашего царя, а ты хочешь его вылечить!» Стражники, нарушая печальную тишину, в которую был погружен дворец, громкими криками отгоняли от ворот нищего странника. Невдомек им было, что у ворот дворца стоит прославленный святой Рагхавия, друг и наперсник другого великого святого, мусульманского дервиша по имени Нагор Андаван (впрочем, свой громкий титул – Андаван, «Повелитель Вселенной» – он получил уже после того, как произошла эта история). Вместе они совершили множество чудес – исцеляли больных, утешали страждущих, вселяли надежду и веру в сердце отчаявшихся.

Нищий оставался невозмутимым. Он пристально посмотрел в глаза гнавшему его стражника и спокойно сказал: «Кто знает, может быть, нищий поможет тому, от кого отказались доктора? Пустите меня посмотреть на него. Я пришел сюда не просить милостыню, но дать то, чего у вас нет».

Старая мать раджи случайно услышала спокойно-властный голос дервиша, и сердце ее отчаянно забилось от безумной надежды – надежды на чудо, которая всегда живет в сердце человека. Забыв о своих годах, она стремглав сбежала по лестнице, чтобы ближе посмотреть на нищего странника в грязных лохмотьях. С плохо скрываемой жалостью стражники взирали на царицу-мать, невольно вспоминая о соломинке, за которую хватается утопающий.

Дервиш настаивал: «Проведите меня к Радже. Кто знает, Бог может спасти любого». Пока в сердце матери надежда боролась со страхом показаться глупой, дервиш спокойно стоял и ждал, понимая, что надежда пересилит. В конце концов царица-мать велела нищему следовать за собой.

В полутемных покоях Рагхавия молча разглядывал умирающего. Вдруг лицо его озарила неожиданная улыбка. Теперь уже не только царица-мать, но и все остальные взирали на нищего с надеждой. Оглядев всех, он спокойно сказал: «Сам я ничем не могу ему помочь». Слезы брызнули из глаз женщин, собравшихся у постели умирающего. «Но, – после небольшой паузы проговорил дервиш, – я могу рассказать вам, кто исцелит Махараджу». «Умоляем тебя, не томи нас!» «Идите тотчас к суфию Нагору. Недалеко от Танджора находится манговая роща. Там вы и найдете его сидящим под деревом. Поведайте ему о своей беде, и он расскажет вам, что нужно делать, чтобы спасти царя».

Разве может какая-то мать доверить такое дело другому? Спустя час высокомерная царица-мать уже лежала в пыли у ног облаченного в одну набедренную повязку мусульманского дервиша Нагора, умоляя его спасти сына.

«Спасти? Чего ради я должен кого-то спасать? Сначала вы сами делаете глупости, а потом бежите ко мне и умоляете вас спасти? При чем здесь я?» Нагор отвернулся, но мать не переставала рыдать, держась за его стопы. В конце концов он смягчился: «Обещай мне, что вы сделаете все, что я вам скажу». «Все, что угодно, все, что угодно, только спаси моего сына, спаси моего бедного сына», – сквозь рыдания бормотала мать.

«Отправляйтесь обратно во дворец, и чем скорее, тем лучше. В комнате сына, над самой его головой вы найдете недавно заштукатуренное отверстие. Там твой глупый сын потехи ради замуровал голубя. Голубь вот-вот умрет. Поторопитесь. Если вы не успеете спасти его жизнь, никто не сможет спасти твоего сына. Боль, которую он причинил голубю, вернулась к нему. Но есть еще одно условие. Если вы хотите, чтобы сын ваш снова был жив и весел, вы должны дать обет впредь не причинять боли ни одному живому существу. Жизнь каждого священна. Не вы дали ее, и не вы вправе отнимать. Вмешиваться в жизнь другого существа – величайший грех. Помните об этом, ибо вся боль, которую вы причиняете другим, умноженная во много крат, возвратится к вам, и не будет конца этой боли. Поторопись же, пока поздно!»

Кода слуги расковыряли потолок над кроватью молодого раджи, все увидели полудохлого голубя с полузакрытыми мутными глазами. В беззвучной агонии бедная птица сражалась за остатки жизни, замурованная в потолке. Ласково и осторожно старая женщина отпаивала несчастную птицу водой из блюдечка, и мало-помалу голубь стал приходить в себя. Тем временем, впервые за несколько дней раджа приподнялся со своих подушек и сел на краешек ложа. С каждой рисинкой, съеденной голубем, с каждым глотком воды, проглоченным им, царю становилось лучше. Когда же, наконец, голубь взлетел в небо, раджа поднялся на ноги и, сам не веря своему счастью, стал ходить.

Когда опасность миновала, мать решила задать ему вопрос: «Скажи на милость, зачем ты замуровал бедного голубя?» Сын смутился. «Голуби свили гнездо под крышей прямо над моей кроватью. Мало того, что своим воркованием они будили меня ни свет, ни заря, их испражнения то и дело попадали мне на подушку. Рассерженный на глупых птиц, я велел замуровать пойманного голубя в гнезде, которое он свил». «Сынок, тебя спас нищий дервиш по имени Нагор. Отправляйся к нему, упади ему в ноги и пообещай ему, что больше ты не причинишь вреда ни одному живому существу. Пока ты не сделаешь это, сердце мое не будет спокойным». Так царь-индус положил свою корону к стопам нищего мусульманина и наградил его почетным титулом «Андаван», что значит «Повелитель Вселенной». В память о своем спасителе Махараджа Танджора воздвиг огромный храм-усыпальницу и завещал кормить голубей…